Премия Рунета-2020
Пермь
+1°
Boom metrics
Происшествия
Эксклюзив kp.rukp.ru
20 июля 2023 14:45

«Мы – не боги»: Пермские врачи-комбустиологи рассказали, как сделали все возможное для спасения сожженной подростком девочки

Из-за страшных ожогов у нее начала развиваться полиорганная недостаточность, что привело к смерти
Заведующий ожоговым отделением ГБУЗ ПК Городская клиническая больница им. С.Н. Гринберга Андрей Александрович Бабиков. Фото: минздрав Пермского края.

Заведующий ожоговым отделением ГБУЗ ПК Городская клиническая больница им. С.Н. Гринберга Андрей Александрович Бабиков. Фото: минздрав Пермского края.

До последнего все, кого потрясла трагедия в Октябрьском, надеялись и верили, что сожженная подростком девочка выживет, но 18 июля пришла грустная весть: ее сердце остановилось.

Трагедия, напомним, произошла в Пермском крае в ночь на 8 июля. Расставшись с любимой девушкой, 16-летний подросток пригласил в дом друзей. Родителей в тот вечер дома не было. После застолья девушку, находившуюся в тот вечер в компании, нашли на железнодорожных путях. Из одежды на ней были одни носки, а все тело - сплошная обожженная рана.

Вертолет прилетал дважды

16-летняя школьница умерла в реанимации пермского ожогового Центра, врачи которого делали все возможное и невозможное, чтобы помочь пациентке, но чуда, увы, не произошло.

Чтобы понять, хватило ли для лечения обожженной девочки средств, сил и оборудования, «Комсомольская правда» поговорила с заведующим ожоговым отделением ГБУЗ ПК Городская клиническая больница им. С.Н. Гринберга Андреем Александровичем Бабиковым. Врач-комбустиолог объяснил, как лечили тяжелую пациентку из Октябрьского, и почему ее так и не удалось спасти.

Первые два дня после случившегося, пострадавшая девочка проходила лечение в Октябрьской ЦРБ. Медикам удалось стабилизировать ее состояние, и пациентку перевезли в Пермь.

- По всем приказам и положениям, система оказания помощи пациентам с ожоговыми травмами в Пермском крае устроена следующим образом, - объясняет Андрей Бабиков. - Если пациент находится в черте города, то его доставляет к нам «скорая помощь». Если в Пермском крае, то сначала пациента везут в ближайшую больницу, врачи связываются с нами и согласовывают перевод в наше отделение. Перевозят пациента либо медицинским транспортом, либо, если он тяжелый, - санавиацией.

Чтобы перевезти обожженную девочку в Пермь, вертолет санитарной авиации прилетал в Октябрьский дважды. В первый раз состояние пациентки было настолько тяжелым, что ее не решились транспортировать. Во второй раз пермские медики вылетели через двое суток, и она попала в руки врачей пермского ожогового центра – специализированного медучреждения, которое было открыто в Перми в 1972 году.

Сейчас ожоговый центр входит в состав Городской клинической больницы им. С.Н. Гринберга, в нем работают 37 специалистов, в числе которых семь врачей хирургов-комбустиологов.

По словам заведующего ожоговым отделением, после трагедии в «Хромой лошади» в 2009 году, пермская ожоговая медицина сделала огромный шаг вперед.

- Выводов тогда было сделано очень много: в ожоговом отделении сделали хороший ремонт и оснастили нас самым современным оборудованием, которым мы пользуемся до сих пор, - говорит Андрей Александрович. - Тогда же мы пригласили на работу молодых врачей, которые сейчас имеют первую и высшую категорию, и огромный опыт. Также у нас есть кандидат медицинских наук, и стажисты, которые стояли у самых истоков создания ожогового центра. Средний возраст хирургов отделения около 40 лет.

В распоряжении врачей ожогового центра есть несколько флюидизирующих (противопролежневых) кроватей, которые облегчают пациентам боль, способствуют нормальной циркуляции крови и быстрому заживлению ран. Эти кровати имеют специальный наполнитель, сравнимый с водной средой, пациенты как бы «плавают» в них. Есть в ожоговом центре и аппарат отрицательного давления для лечения хронических ран, гидроустановка Versajet, которая позволяет тонкой струей жидкости под высоким давлением срезать некротизированные ткани.

Максимум, что удавалось – 60% ожогов

Многих своих пациентов врачи ожогового центра помнят даже спустя годы, ведь лечение ожоговых травм – одно из самых длительных. Нередко пострадавшие проводят в больнице по нескольку месяцев.

Гордятся в отделении тем, что несколько лет назад здесь сделали несколько уникальных операций и спасли жизнь обожженного иракского студента, у которого было около 50% глубоких ожогов. Также хорошо запомнили девочку, на которой загорелось платьице, и у которой оказалось обожжено 45% тела. Неоднократно пермским комбустиологам удавалось выхаживать и пациентов с 60%-ными ожогами.

- А этот факт добавлю к вопросу о нашем оснащении, новых технологиях и современном оборудовании: одного такого мужчину, который получил 60% ожогов еще до «Хромой лошади», мы выхаживали около полугода, а на днях от нас выписался подобный пациент, но он у нас отлежал уже в два раза меньше: всего 104 дня.

Прогнозы сразу были неблагоприятные

Девочку из Октябрьского доставили в пермский ожоговый центр с поражением 85% кожных покровов.

- В случаях, когда ожоги составляют более 50%, мы консультируемся с федеральными центрами – Институтом Вишневского и Приволжским исследовательским медицинским университетом Минздрава России, где тоже есть ожоговый центр. В случае с девочкой мы консультировались в обоих центрах, и везде нам дали один и тот же ответ, что травмы пациентки несовместимы с жизнью. Что таких больных можно выходить только одного из тысячи. Но мы не могли смотреть, как ребенок погибает и делали все, что от нас зависело… и даже свыше.

Для лечения тяжелой пациентки использовали все передовое, что было рекомендовано специалистами федеральных центров: применяли современные раневые покрытия, дорогостоящие антибиотики, современную наркозно-дыхательную аппаратуру для искусственной вентиляции легких, экстракорпоральную гемокоррекцию – это самое передовое оборудование для того, чтобы возместить патологию почек.

Но чем дальше, тем сильней у девочки нарастала полиорганная недостаточность.

- Разберемся, что такое ожоги, - объясняет комбустиолог. – Кожа – это защитный орган, и при ее повреждении повреждаются и другие органы: начинает страдать сердечная мышца, печень, почки, легкие. И все это идет по нарастающей, так как идет сильнейшая интоксикация продуктами повреждения кожных покровов.

Делали все, и даже больше

На второй день нахождения в ожоговом центре по рекомендациям, выданным федеральным ожоговым центром, девочку из Октябрьского поместили на специальную противопролежневую кровать.

Специальные противопролежневые кровати закупили в ожоговый центр после трагедии в Хромой лошади. Фото: минздрав Пермского края.

Специальные противопролежневые кровати закупили в ожоговый центр после трагедии в Хромой лошади. Фото: минздрав Пермского края.

- На такой кровати человек лежит, как на воздушной подушке из специального песка, у него не образуются пролежни, и корригируется идеальный температурный и влажностный режим. Сделать это сразу же было нельзя. Причина в том, что ее кожные покровы были сильно повреждены, а под кожей скапливалось большое количество жидкости с интоксикационной составляющей. Если бы мы положили ее на такую кровать с первых же суток, то все это зафиксировалось бы, и мы потеряли бы девочку гораздо раньше.

Уже на флюидизирующей кровати врачи начали оперативное лечение: убирали поврежденные некротические ткани и пытались подготовить раны к пересадке кожи.

- Повторюсь, для этой девочки было сделано все, что только было возможно, но в данном случае у нас не получилось, мы не боги, - вздыхает врач. – Недавно я был на конференции, и ни федеральные центры, ни самые современные клиники не могут похвастаться тем, что выхаживали пациентов с 85% ожогов. Максимум, 70-75%, и то с использованием клеточных технологий.

Клеточные технологии - это когда из сохранившихся клеток больного выращивают культуру клеток, а потом закрывают ей подготовленные раны. И делается это только в федеральных центрах.

- Когда мы с ними консультировались, нам пообещали, что если девочку удастся выходить и подготовить, то они забрали бы ее на такое лечение, но увы, - говорит Андрей Бабиков. – Еще не скрою, самое сложное в нашей работе – это общение с родственниками. Папа девочки звонил каждый день и общался с лечащим врачом. Не скрывая, нам приходилось объяснять родным все о состоянии пациентки.

Когда спасти больного не удается, это огромная трагедия для всех. Но врачи-комбустиологи на то и врачи, чтобы продолжать выхаживать пациентов с самыми тяжелыми травмами, которые только случаются.

- Родным и близким погибшей девочки мы приносим самые искренние соболезнования, - говорят врачи, лечившие ее.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

Убийство с особой жестокостью: сожженная в Прикамье девочка 10 дней боролась за жизнь

После смерти сожженной подростком в Пермском крае девочки статью обвинения ужесточат (Подробнее...)

Остальные материалы по теме о трагедии в Октябрьском можно прочитать здесь.