Премия Рунета-2020
Пермь
-26°
Boom metrics
Общество11 ноября 2023 5:45

Русская американка ищет в Пермском крае сестру, но даже не знает ее имени

Жительницу Лос-Анджелеса удочерили еще школьницей и все связи с кровными родственниками она потеряла
Оксана уже 35 лет живет в США, но все равно мечтает найти кровных родственников в России. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Оксана уже 35 лет живет в США, но все равно мечтает найти кровных родственников в России. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

- По документам я родилась в поселке Широковский под Губахой, - рассказывает свою историю 57-летняя Оксана Марголина из Лос-Анджелеса. – Детство у меня было трудное: отца я не видела, а с матерью-алкоголичкой мы жили в бараке. У меня не было своей кровати, спала я на сундуке. Мама часто уходила на несколько дней и оставляла меня одну. Помню, как боялась, когда сидела в комнате одна без еды, воды и хлеба и ждала, когда она придет. Чтобы не умерла с голоду, меня вытаскивали через форточку соседи, а потом кормили и прятали от горе-матери.

Уже 35 лет американка русского происхождения живет за океаном, но до сих пор не оставляет надежд найти своих кровных родственников. Особенно надеется Оксана разыскать свою старшую сестру, правда, как ее зовут – не знает. А вот фамилия у нее может быть Тебенькова, именно такая записана в метрике у самой Оксаны, и такая же была у ее кровной матери.

Собирала стаканчики из под мороженого

Свое детство, прошедшее в глубинке в Пермской области, женщина вспоминает не без слез. Ей пришлось пережить нелюбовь, безразличие и предательство со стороны самых близких: мамы и бабушки. Когда жила с ними, Оксана была маленькой, но ей навсегда врезались в память несколько грустных и обидных случаев.

- Однажды мама отправила меня в магазин за хлебом, а я не удержалась и купила стаканчик семечек. Когда шла домой, упала и повредила палец. После того, как врачи вправили его, мне все равно досталось от мамы за то, что купила не то, что надо. Еще помню, как ходила по улицам и собирала картонные стаканчики из-под мороженого. Люди съедали его, стакан выбрасывали, а я поднимала и вылизывала.

Что касается бабушки Оксаны, то она жила отдельно, в деревне, до нее нужно было ехать на автобусе.

- Однажды мама отправила меня к ней совершенно одну. Помню, как сижу в автобусе, а взрослые спрашивают меня, куда я еду одна? Я отвечала, что к бабушке, но где она живет – сказать не могла. Добралась я в итоге или нет – не помню, но помню, что бабушка была очень злой и часто гоняла меня крапивой. В память хорошо врезались огород, баня и печка, на которой я спала. А вот единственное светлое воспоминание - это куры и цыплята в ее дворе. Я очень любила играться с ними.

«Мы ночевали в морге. Это было ужасно»

Еще из своего детства Оксана помнит, что у нее были братья и сестры. С кем-то из них она встречалась в том бараке, где жила с матерью, а с кем-то в детском доме, после того, как ее изъяли из семьи.

Фото из детского дома. Оксана слева, самая высокая. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Фото из детского дома. Оксана слева, самая высокая. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Увы, у выпивающей мамаши родились здоровыми только старшая девочка и Оксана, а все последующие малыши либо умирали, либо рождались умственно-отсталыми.

- Я точно помню старшую сестру, которую мы с мамой несколько раз навещали в интернате, она и в барак наш приезжала. Мы садились с ней на пол и общались. Потом у мамы родился мальчик, мой младший брат, но почти сразу же он умер. Мы поехали его хоронить, но, видимо, кладбище было очень далеко, и нам пришлось ночевать в морге вместе с трупами. Это было ужасно.

Когда Оксане было пять лет, ее забрали у матери-алкоголички, а через несколько лет в детский дом, куда ее поместили, привезли маленькую девочку.

- Мне сказали: «Оксана, это твоя сестра». Я стала обучать ее, пыталась играть с ней, но вскоре сестра пропала. Мне сказали, что она была умственно отсталой, и ее перевезли в специализированный детский дом. Где она сейчас и что с ней, я тоже не знаю.

После тяжелых условий жизни с матерью, Оксана подхватила туберкулез, а потом еще и пневмонию. Ребенка забрали в больницу, и больше свою мать она не видела.

- Я лежала там очень долго и постоянно спрашивала всех: «Где моя мама!?», но она так и не пришла. Из-за этого я впала в настоящую депрессию: лежала, ни с кем не разговаривала и ничего не хотела.

После больницы девочку забрали в интернат в Кунгуре, а потом перевели в санаторный детский дом в Суксуне. И у Оксаны началась совсем другая жизнь.

- Плохих воспоминаний о детском доме у меня нет вообще! К нам хорошо относились, там я пошла в школу и училась без троек. Еще была ответственная и ходила на все кружки, где научилась всему: рисовать, шить, танцевать, участвовать в КВНах и шить костюмы.

Новые родители заботились о дочери

- А в 12 лет меня усыновили, и жизнь перевернулась на 180 градусов, - рассказывает американка. – Мои новые родители были хорошо обеспеченными. До того, как взять меня к себе, они часто приезжали в наш детский дом, так как папа курировал его. Помню, меня и других детей водили к нему на осмотры стоматолога, он был главным врачом стоматполиклиники.

Детство будущей мамы Оксаны выпало на начало войны, в те годы она сильно простудилась и уже не могла иметь детей, поэтому супруги подыскивали себе ребенка в детском доме.

- Сначала они забрали другую девочку, но через месяц вернули ее. Причин, по которым это произошло, я не знаю. Помню, мы всем детским домом собрались смотреть, как они приехали на машине с водителем и привезли ее обратно. За этот месяц они очень красиво одели и обули ее.

Когда семейная пара оставила девочку и уехала, директор, Тамара Васильевна, вдруг спросила Оксану: «А почему бы тебе не поехать к ним жить? За все годы, что ты здесь, тобой никто не интересовался».

Но Оксана уверена, что интересовались, и что это была ее старшая сестра. А вот почему девушке ее не отдали – вопрос без ответа.

Наша героиня хорошо помнит, как новые родители, перед тем, как забрать ее к себе, приехали на поляну, где росло много лесной земляники.

- Они устроили пикник: достали курицу, яйца, помидоры и начали задавать мне вопросы. Когда мы поели и поговорили, я встала, и начала все убирать. Они очень этому удивились, хотя ничего сложного здесь не было: в детском доме нас учили себя обслуживать: прибирать, убирать, вытирать пыль. У нас даже постоянные соревнования шли, чья комната лучше.

Оксана училась в пермской гимназии № 17. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Оксана училась в пермской гимназии № 17. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Своих родителей Оксана сразу начала звать мамой и папой, а они дали дочке все самое лучшее, о чем не могли даже мечтать обычные, недетдомовские дети: ей начали «доставать» заграничные платья и туфли, купили золотые сережки, а учиться Оксану отдали в лучшую гимназию Перми.

- У нас была дача, машина, вкусная еда, ко мне хорошо относились родители. Никто из моих новых друзей не знал, что я из детского дома. На этот счет у нас была легенда, что я - дочь папиного брата из Гомеля, который вместе с женой попал в автокатастрофу. А они, как родственники, меня воспитывают.

Переезд в США

В 18 лет Оксана поступила в мединститут на терапевта и вышла замуж, вскоре у них родился сын. А потом семья уехала в США.

- В Америке я устроилась в больницу хирургической сестрой, потом защитилась, сдала экзамены и теперь я - ассистент хирурга.

Но через несколько лет жизни за океаном супруги развелись. К этому времени у них рос не только сын, а еще и маленькая дочка.

- После развода я встретила программиста Сашу из Питера и вышла за него замуж. Это было самое счастливое время в моей жизни, правда, прожить вместе нам удалось недолго: через пять лет после свадьбы у мужа обнаружили рак, который распространился везде. Умер он через девять месяцев, и я до сих пор не оправилась от потери, хотя прошло уже 16 лет.

Оксана со своими детьми. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Оксана со своими детьми. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Выбывших с такой фамилией нет

Единственный официальный документ из СССР-овского детства, который остался у Оксаны Марголиной – это ее свидетельство о рождении. Правда, имя-отчество кровной матери на пожелтевшем листочке стерлось от времени.

Но даже через 35 лет жизни в другой стране, женщина не оставляет надежд найти своих кровных родственников в России.

- Многие мне говорили, зачем тебе твоя мать, если она отвернулась и никогда тобой никогда не интересовалась? Но я все равно хочу найти родную кровь. Если не маму, то свою старшую сестру. Я хотела это сделать еще в школьные годы, но мои родители были категорически против этого.

Не раз Оксана пыталась искать родственников сама: писала в программы на федеральных каналах, но для участия в передаче требуются метрики, а так как данные в свидетельстве стерты, продвинуться в поисках она не смогла. Недавно женщина обратилась в «Комсомольскую правду».

Свое свидетельство о рождении, выданное в Пермской области, женщина бережно хранит. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Свое свидетельство о рождении, выданное в Пермской области, женщина бережно хранит. Фото: личный архив Оксаны Марголиной.

Журналисты «КП» отправили запрос в администрацию поселка Широковский, но ответ пришел неутешительный: «В списках выбывших из поселка в указанные годы людей с такой фамилией не было».

Аналогичный ответ пришел и из паспортного стола города Губахи: «Человека с такой фамилией в списках жителей района не значилось». Эти ответы могут означать, что свидетельство о рождении на дочку мать Оксаны получила в Широковском, а проживала или была прописана в другом месте. Возможно, кто-то из читателей «Комсомольской правды» вспомнит эту историю и поможет нам разыскать родственников Оксаны Марголиной.

Контакты женщины есть в редакции. Если знаете информацию о ее сестрах или матери, то можете написать в нашу официальную группу ВКонтакте или на почту elena.ovchinnikova@phkp.ru.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ:

«Ее усыновили и увезли за границу». Через 20 лет после разлуки пермячка нашла свою старшую сестру в Италии

И теперь мечтает встретиться, чтобы узнать, как сложилась ее судьба (Подробнее...)