Бабушка не смогла забрать внуков у сектантов из глухой тайги

Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ. Перейти в Фотобанк КП

У жительницы Самарской области 61-летней Альбины Михайловны в религиозной общине, которая поселилась на севере Пермского края, находится дочка с двумя внуками - шестилетним Женечкой и пятилетней Леной.

Отец детей Александр М. осенью прошлого года обратился, напомним, в «Комсомольскую правду» с просьбой помочь ему вывезти сына и дочку из тайги. Их увела туда его бывшая жена Ольга (в крещении инокиня Елена).

Возглавляет общину отлученный от церкви отец Евстратий. Общинники не признают документы, штрих-коды на упаковках и другие приметы цивилизации, считая, что они от дьявола.

Однако забрать детей Александр не смог, благоверная не отдала.

Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ. Перейти в Фотобанк КП

Тогда в дальнюю дорогу отправились его теща и тесть - Альбина Михайловна и ее муж Павел Александрович. Они надеялись, что смогут уговорить вернуться домой дочку с внуками.

«Зимой только на «буранах» можно добраться до Черепаново», - подсказали местные.

200 километров от Чердыни до заброшенной деревни Черепаново дедушка с бабушкой на «буранах» проторили за каких-то семь часов (журналисты «КП» по октябрьской слякоти на ГАЗе добирались больше двух суток).

Все это время родители Ольги думали, как убедить дочь.

- Ей еще не было 18, когда она решила уйти в монастырь, - рассказывают они. - К нашему счастью, через шесть лет она все-таки вернулась в мир, пошла учиться, вышла замуж, родились дети. А потом не стало взаимопонимания в семье, последовал развод, и она снова подалась на богослужения. И как-то вышла на отца Евстратия. Сектанты - они хорошие психологи, видят, когда человеку плохо, когда он сломлен, и вербуют его.

« А они все ручки худенькие тянут к еде»

- Первое, что пришло в голову, когда мы приехали в Черепаново: здесь никто не живет, - рассказывает Альбина Михайловна. - Дома застряли в высоких сугробах, так что печных труб у некоторых не видно. Наконец мы увидели узенькие тропиночки. Навстречу нам бежала монашка в длинных одеждах. «А я вас узнала», - приветствовала нас она.

Альбина Михайловна тоже ее узнала. Они виделись зимой 2013-го в Костромской области, где раньше обитали отшельники.

- Мы тогда тоже приехали попытаться забрать внуков, - вспоминает женщина. - В перепалке один из раскольников, Олег, схватил канистру с бензином и стал обливать детей, угрожая их сжечь, если мы не уйдем. А дом старый, трухлявый, мог вспыхнуть как спичка.

Бабушке с дедушкой тогда пришлось уехать. А раскольники после этого, боясь гонений со стороны властей, спешно сбежали в Пермский край.

- Мы из ваших сюжетов узнали, где они, и решили снова приехать - уговорить дочь вернуться. Или хотя бы отпустить внуков, - говорит бабушка.

От дочери, по ее словам, осталась бледная тень, кожа да кости.

- Дети вроде не похудели. Но все зубы порченые. Внуки сразу набросились на гостинцы, которые мы привезли! Мармелад-варенье-колбаса. И все вместе, и все сразу. Я уже отнимаю еду: нельзя много, животики заболят, а они все ручки тянут.

Ольга сходила за обедом в трапезную. Принесла серую массу, в которой плавали картофелина и вермишель. На второе - пшенная каша с черными точками.

Витаминов - ноль. - Клюква же есть, - оправдывалась Ольга.

Но клюкву дети не едят.

- Когда мы приехали, были тридцатиградусные морозы. В домах холодно, поэтому спят в той же одежде, в которой ходят днем, - продолжает бабушка. - Не моются. В домах даже днем темно, дети портят глаза...

«Я не буду молиться твоим богам!»

Ольга с детьми живет в маленькой комнатушке, кроме нее в доме обитают еще три сестры. До недавнего времени за дырчатой перегородкой жила еще семидесятисемилетняя пенсионерка.

- В комнате смрад. Дышать нечем, проветрить помещение нельзя - экономят дрова. Она не могла даже поворачиваться - ей было больно от каждого движения. Я спрашивала ее, зачем женщина с больными ногами приехала в глушь на верную смерть. Дочь коротко ответила: «Грехи».

После того, как Альбина Михайловна сообщила властям о больной, на следующий день туда выехали полицейские и медики.

Фельдшер, осмотрев больную, поставила диагноз «гангрена обеих ног». Через несколько часов женщина скончалась.

- Женщина болела уже два месяца, в момент ее смерти сотрудники полиции и фельдшер скорой помощи находились в деревне, - сообщили в ГУ МВД России по Пермскому краю.

Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ. Перейти в Фотобанк КП

- У жителей общины имеется запас дров, в домах тепло. Члены общины и дети одеты по сезону, продуктов (крупы, сахар, мука, ягоды) хватит до весны 2014 года, - рассказал и. о. заместителя начальника краевой полиции по охране общественного порядка Александр Хапов. - Всех детей осмотрел фельдшер скорой помощи - они, здоровы, педикулеза нет.

Ольга вернуться в мир отказалась и детей не отпустила.

- «Я хочу с бабушкой, я не хочу молиться твоим богам!» - кричал Женечка, крепко обнимая меня, вцепившись намертво ручонками, когда мы уезжали из Черепаново, - плачет Альбина Михайловна. - Ольга - его мама, моя дочь - с силой отдирала его от меня с криком «Закрой рот, закрой рот!». А Леночка, съежившись, испуганно смотрела на нее.

После новогодних праздников из общины уехала другая мамочка с двумя детьми. За ними приехал муж. Теперь в деревне растут шестеро детей, из них трое - самого Евстратия, двое - Ольгины мальчик с девочкой. И полуторагодовалый Игорек, который живет в деревне с мамой-папой, дедушкой-бабушкой. А всего в Черепаново 40 человек.

А В ЭТО ВРЕМЯ

РАСКОЛЬНИКИ РАЗБЕГАЮТСЯ ИЗ ТАЕЖНОГО ЧЕРЕПАНОВО ИЗ-ЗА ХОЛОДОВ И ГОЛОДУХИ

Недавно из Черепаново сбежал 22-летний отшельник Александр. Он побывал в пермской «Комсомолке» и рассказал про жизнь в тайге. Отшельники, по его словам, скучковались, потому что топить невыгодно. Дома пилят, дрова никто не готовит. Отапливаются только трапезная, молельная и два дома - братский и сестринский. В них они чуть ли друг на друге не лежат.Недавно из Черепаново сбежал 22-летний отшельник Александр. Он побывал в пермской «Комсомолке» и рассказал про жизнь в тайге.

- Грязь, вонь, - говорит Александр. - Туалет на улице. Одежды теплой ни у кого особо не видал. Электричества нет. Хорошо если фонарики налобные, свечки у некоторых. Обстановка крайне накаленная, кругом слышатся издевки. Когда отца Евстратия нет, власть делят Киприяна и инокиня Елена. У них спутниковый телефон, который они никому на руки не дают.

- Вот это ихний хлеб, - показывает отшельник. - Передайте его, пожалуйста, уполномоченному по правам ребенка в Пермском крае Павлу Микову, который говорит, что дети живут в нормальных условиях. Пусть проведут экспертизу - из чего они его пекут. Он такой тяжелый, что его поднять нелегко. Какие травы там намешаны, полезны ли они для детей?.. Выживут ли дети в эту зиму? Я не уверен. Их надо оттуда вывезти, спасти.

Про меню Александр рассказал подробно:

- Наутро мы ели суп - вермишель, сушеные грибы. На второе - гречка. Посыпешь солью и ешь. Два кусочка хлеба. Масло подсолнечное давали в воскресенье в обед три чайные ложки. На ужин доедали то, что оставалось от обеда. Еще давали перловку, овсянку, горох на воде. Иногда добавляли сахар. Чай только из трав. В пять утра мы вставали на молитву каждый день. Когда дома пилили, приходилось таскать бревна при такой худой пайке по глубокому снегу. От обеда и до ужина. После ужина - снова молитва. После все расходятся по домам. Читают - кто что найдет. Книги старые, запылившиеся в оставленных местными домах.

Александр - из Омска. Жил вместе с мамой и бабушкой. Бросил первый курс математического факультета университета и пошел скитаться. Сжег все документы. О причинах не говорит.

- В миру я перестал смотреть телевизор - там грязь, секс, наркотики. Перестал общаться с людьми, замкнулся в себе. А потом вышел на Евстратия. Я раньше верил ему. Он умеет убеждать людей. У меня одна мечта в жизни -встретить хотя бы одного человека, который бы меня не предал, не лгал, любил меня.

Возвращаться домой, в Омск, Александр не хотел, сказал, что его там вряд ли ждут. Мы попросили отца Бориса из Верещагино взять парня к себе. И он, спасибо, нам не отказал, любезно согласился.

Мы дали парню 500 рублей на дорогу (билет стоит в два раза меньше) и отвезли его на автовокзал - к автобусу, который уезжал в Верещагино.

- Нет, не приехал, - развел руками отец Борис, когда мы спустя несколько часов позвонили узнать, как доехал до него Александр.

Как нам удалось узнать позже, Александр вроде бы все-таки уехал к себе в Омск.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ Отец оставил детей-отшельников зимовать в пермской тайге Наш читатель Александр не смог забрать малышей - переезд может стать серьезным ударом по их психике (Читайте далее) Отшельники ищут в тайге спасение от двух российских бед - штрих-кодов и прививок Наши корреспонденты, побывавшие у отшельников в Пермском крае, рассказывают об увиденном и услышанном (Читайте далее) Пермские отшельники: «Выживем-не выживем зимой в тайге. На все воля божья» Журналисты «КП» добрались до таежной деревеньки Черепаново, где поселились раскольники - Кто пешком пришел в Черепаново, кто попутками на вездеходах, - объясняют отшельники и ведут нас в избу, которую называют трапезной. В сенях стоят ведра с клюквой. - Садитесь, угощайтесь! - приглашают нас и наливают травяной чай в суповые блюдца. - Пейте, пока горячий, - радушно предлагает одна из женщин в черном. - Чай заварен из зверобоя, мяты, рябины, шиповника… А хлеб сами печем из разных круп. Во главе длинного стола восседает отец Евстратий, глава общины. За общим столом - его паства. - Нет нам покоя, даже сюда добрались, налетели как коршуны, ездите как в зверинец какой-то, - шушукаются общинники, которых батюшка приструнивает взглядом. ( Читайте далее)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Отец оставил детей-отшельников зимовать в пермской тайге

Наш читатель Александр не смог забрать малышей - переезд может стать серьезным ударом по их психике (Читайте далее)

Отшельники ищут в тайге спасение от двух российских бед - штрих-кодов и прививок

Наши корреспонденты, побывавшие у отшельников в Пермском крае, рассказывают об увиденном и услышанном (Читайте далее)

Пермские отшельники: «Выживем-не выживем зимой в тайге. На все воля божья»

Журналисты «КП» добрались до таежной деревеньки Черепаново, где поселились раскольники

- Кто пешком пришел в Черепаново, кто попутками на вездеходах, - объясняют отшельники и ведут нас в избу, которую называют трапезной. В сенях стоят ведра с клюквой.

- Садитесь, угощайтесь! - приглашают нас и наливают травяной чай в суповые блюдца.

- Пейте, пока горячий, - радушно предлагает одна из женщин в черном. - Чай заварен из зверобоя, мяты, рябины, шиповника… А хлеб сами печем из разных круп.

Во главе длинного стола восседает отец Евстратий, глава общины. За общим столом - его паства.

- Нет нам покоя, даже сюда добрались, налетели как коршуны, ездите как в зверинец какой-то, - шушукаются общинники, которых батюшка приструнивает взглядом. ( Читайте далее)