
2016 год. Вся страна ждала майских праздников, а я на девятом месяце ждала появления на свет своей доченьки. Думала про себя: «Не хочется попасть в роддом в длинные выходные, ведь там будут только дежурные врачи», а потом успокоилась. Всю беременность хорошие анализы, прекрасное самочувствие и УЗИ без патологий.
Это были мои третьи роды, и я ничего не боялась. Дочь ждать не захотела и появилась на свет вечером 29 апреля.
В первые минуты жизни моей девочки я поняла, что с ней что-то не так. Хрупкая девочка весом 3 килограмма была на моей груди всего пять минут, а потом все как в страшном сне – смертельно опасный диагноз, у ребенка трубки в носу и во рту, она не может глотать, часть пищевода срослась с трахеей.
На утро дочь увозят в детскую краевую больницу, а я остаюсь в роддоме с соседками по палате, которые думают, что я без ребенка, потому что отказалась от него. Что я тогда чувствовала, не дай бог кому-то пережить.
Ребенка поместили в реанимацию, звонить можно в определенные часы.
- Ребенку нужна срочная операция, но прооперировать может только один хирург, - сказала мне врач деткой больницы. - Она сейчас за городом, выходные же, но она приедет специально, чтобы провести операцию.
Я не понимала, как такое возможно, в Перми есть лишь один человек, который может спасти мою дочь?
Это была Антонина Васильевна Опенышева, доцент кафедры хирургических болезней ПГМУ им. академика Е.А. Вагнера, кандидат медицинских наук, основатель школы хирургии новорожденных, учитель и наставник для большинства детских хирургов и педиатров края., врач от бога.
Наш случай был очень тяжелым. Но золотые руки Антонины Васильевны, ее опыт и профессионализм спасли мою дочь.
Уже потом были мучительные недели в реанимации, долечивание в общей палате, еще год ежемесячные манипуляции под наркозом с пищеводом. Мне казалось, что этому нет конца, что мы не справимся и хождения по больницам не закончатся.
Врачи говорили: «Вы перерастете, все будет хорошо». И все получилось! Благодаря Антонине Васильевне наша дочь, ей уже почти пять лет, живет совершенно обычной жизнью. И об этой страшной странице в нашей жизни напоминает лишь шрам.
Спасибо Вам, выдающийся доктор! Вас больше нет с нами, но память о вас навсегда останется в наших спасенных детях.