Общество19 июня 2013 19:00

Марат Гельман: «Пермяки, которые ругали Гельмана, поняли, что не хотят возвращаться в непонятное провинциальное бытование»

За день до увольнения ничего не подозревающий директор музея PERMM дал интервью «КП»

Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

В среду, 19 июня, уволили директора пермского Музея современного искусства Марата Гельмана (читайте здесь).

А накануне, во вторник, 18-го, когда еще ничего не предвещало, корреспонденты «КП» взяли у Гельмана интервью. Мы говорили с ним о скандалах с закрытием выставок, о красных человечках и о том, как ему удалось удержаться после ухода Чиркунова...

Интервью с Маратом Гельманом

- Сегодня мы как раз с председателем правительства Пермского края Геннадием Петровичем Тушнолобовым разговаривали, спрашивали, почему нет красного человечка на крыше ЗС...

- Все началось как раз с Геннадия Петровича. Чиркунов (в тот момент - губернатор. - Ред.) попросил меня зайти, я захожу - он смеется: "Ты что, действительно изобразил депутатов? Пришел ко мне Тушнолобов (депутат ЗС в то время. - Ред.) и говорит: "Либо мы проваливаем бюджет, либо вы убираете красных человечков, потому что Гельман изобразил нас - безголовые, голосуют, красные..." У него к этому личное такое...

- Тушнолобов сказал, что красных человечков на крыше больше не будет.

Посмотрим... Губернаторы меняются, все меняется. Но вот я как раз думаю, что… Проханов вообще написал целый роман о красных человечках. Так что нас, может, уже не будет, а красные человечки останутся здесь как символ Перми как русского Эдинбурга.

- Вопрос: губернатора Олега Чиркунова нет, а вы здесь держитесь. Как? Каким образом?

- Хороший вопрос. Несколько ответов. Первый заключается в реальной ситуации. А реальная ситуация такова, что когда пришел новый губернатор, все думали, что все закончилось. Я уехал в Берлин и думал о том, как сохранить до лучших времен ту коллекцию, которую мы сумели собрать в музее. Но за лето произошло очень важное изменение. Пермяки, которые до этого критиковали Гельмана, ругали Гельмана (зачем его поддерживать, его и так губернатор поддерживает), они за это лето поняли, что не хотели бы распрощаться со статусом мощного культурного европейского центра и возвращаться в непонятное провинциальное бытование. В ноябре, когда я участвовал в заседании рабочей группы ЗС как тогда казалось по урезанию бюджета музея и бюджета фестиваля, я читал стенограмму и чуть не плакал. Потому что вот эти депутаты, которые обычно меня ругают, говорили какие-то правильные слова, как им это важно и как это нужно, чтобы удержать молодое поколение. Главная драма сегодня для всех городов - это как удержать молодых людей, чтобы они не уехали. И пока кроме нашего проекта в стране никто не предложил ничего внятного. Все-таки можно ругать Гельмана, но! В 2008 году 60% молодых людей от 18 до 30 лет хотели уехать из Перми. По последним опросам, которые проводились полтора года назад, - 11%. Вот и все.

- Вы связываете это со своей работой?

- А больше ничего… Все остальное шло так же. Ну, естественно, может быть и не только. У Чиркунова не только культурный проект был. Он пытался что-то делать и в образовании. Но то, что мы делали, это было наиболее очевидно. Достаточно длительный срок. И реально произошли какие-то изменения. Пермяки захотели продолжения истории. Для того, чтобы получилось дело, нужно три составляющих: воля, понимание и умение. Так получилось, что за это время мы достаточно широко распространили понимание того, что надо делать для того, чтобы городская жизнь не затухала. Главный дефицит сейчас - это умение. То, чем я занимаюсь, это непосредственное умение что-то делать. На самом деле история моего успеха - это история о том, как я доверился кому-то, меня обманули, но я пошел дальше.

- Вы говорите, что все хорошо с пониманием. Но вас ведь не поняли те чиновники, которые закрыли выставку художника Слонова про Олимпиаду.

- На самом деле все прекрасно понято. Они поняли, что вот эта сусальная картинка «Сочи-2014»… Ведь все началось с письма сенатора Климова. Забавно, но он когда-то был корреспондентом «Крокодила» в Перми и вроде бы должен понимать… Он говорит о том, что сам факт того, что Олимпиада будет проходить в России - это великое достижение России. У нас здесь шутили, что в закон о защите чувств верующих надо добавить пункт «закон о защите чувств верующих в Олимпиаду». А Слонов это такой вообще народный художник. Это зеркало души народа. Они (чиновники. - Ред.) поняли, что есть другая картинка, которая их картинку разбивает. Поэтому они так возмутились. Они поняли, что здесь находится угроза их фальшивой картинке. Наш фестиваль посетило 800 тысяч человек. Мы не перекрыли ни одной улицы. А когда был огонь Универсиады (бежало человек 15), перекрыт был весь центр города. Они хотят, чтобы люди терпели. «Как же так, это такое важное событие - огонь Универсиады пробегает через Пермь, поэтому мы полгорода поставим в пробки».

- Некоторые уверены, что вы специально выставили эти картинки, чтобы популяризировать себя и фестиваль.

- Я объясню. Есть такая выставка, которую я спродюсировал, - «Соединенные штаты Сибири». Она в прошлом году была в Перми. Она в этом году достаточно успешно прошла в Москве, Питере. Слонов - один из участников. Когда в прошлом году выставка была в Перми, мы решили, что будем делать персональную выставку Василия Слонова на следующих «Белых ночах». За 20 лет моей кураторской деятельности я пришел к выводу, что ты никогда не отгадаешь, к чему прицепятся.

За спиной Гельмана картина художника Слонова, выставка которого стала последней каплей для пермских чиновников.

За спиной Гельмана картина художника Слонова, выставка которого стала последней каплей для пермских чиновников.

Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ

- Вы не ожидали такой реакции?

- Абсолютно нет. Тем более, что этот проект был и в Перми, и в Москве. Я хочу сказать, что на одной из выставок «Русского зарубежья» гораздо более острые картины находятся. А 2 июня вместе с министром культуры и тем же Тушнолобовым мы были в этом зале (на выставке Василия Слонова. - Ред.), они посмеялись. Тогда им еще никто не сказал, что это плохо. Никто не мог ожидать такой реакции. Мы уже должны привыкнуть к тому, что народ скептически относится ко всему.

- Почему вы эвакуировали все закрытые выставки в порт, но вместо работ Слонова выставили только фотографии с выставки?

- Дело в том, что эти работы до окончания фестиваля в распоряжении городских властей и они их просто заперли. Музей - это мое пространство, а фестивальный городок - это формально городское пространство. То есть город может сказать охране: «Повесьте амбарный замок». Я не хотел никаких скандалов. И решил поставить туда самую невинную выставку. Но дальше пошел бред. Выставка «Новый Барбизон» - это пять девушек, которые сделали работы на пленере с улиц города - это просто зарисовки с натуры. Но когда они узнали, что их перевозят на то место, где был Слонов, они вместе с выставкой повесили плакат в его поддержку. Их тоже закрыли. В какой-то момент местные чиновники так испугались, что на них сейчас обрушивается с Москвы супер-критика, что уволят губернатора. Потом уже заодно закрыли и выставку Каменного. Это смешно. Потом запретили открывать и Лоскутова с его «Монстрацией». Что было совсем глупо.

Полностью интервью с Маратом Гельманом читайте на нашем сайте в четверг и в газете в пятницу.