Вратарь «Амкара» Сергей Нарубин: «После столкновения мне не было больно, но я сразу почувствовал что-то неладное»

В конце мая новость о том, что Сергею Нарубину удалили селезенку, на какое-то время стала главной в российском футболе. Не каждый день и даже год происходит такое с футболистами Премьер-лиги. А в этом сезоне похожих случаев уже два (месяцем ранее вратарь «Ростова» Деян Радич на этом же стадионе во время столкновения получил куда более серьезную травму и ему удалили почку). Мы встретились с Сергеем, чтобы узнать о его самочувствии и жизни на больничном. И были приятно удивлены, когда увидели его не просто бодрым, а очень веселым.

- Сергей, ваша травма и ее последствия обратили на себя внимание почти всех футбольных болельщиков. Как вообще вы получили эту травму?

- Это был обычный рабочий эпизод. Была подача (21 мая «Амкар» играл с «Ростовом» на выезде. - Ред.), я пошел на выход. Естественно, я не видел игрока (Корнеля Салата. - Ред.), был сконцентрирован только на мяче. А самые тяжелые травмы так и получаются, когда не видишь игрока. Это была 21-я минута матча. Столкновение было очень жесткое, но я еще и упал неудачно на спину.

- Тем не менее, вы доиграли первый тайм до конца…

- Да, еще полчаса. Там судья много добавил, потому что я лежал долго. Честно говоря, я бы еще полежал минут пять. Но мне уже было неудобно (смеется.). Думал, в игре отойдет. Я же не знал, что случилось. Но с каждой минутой все хуже и хуже себя чувствовал и к концу тайма мог только согнутым стоять.

- Были ли ощущения до того, как поставили диагноз, что у вас серьезная травма?

- Я сразу почувствовал что-то неладное. Мне не впервой участвовать в столкновениях. Но мне не было больно. Можно сказать, что боли вообще не было. Но дыхание стало неровное сразу, тошнить начало. Подбежали доктора, дали понюхать нашатырь, а мне от него только хуже стало.

- Когда узнали о диагнозе, не мелькала мысль о завершении карьеры?

- Нет. Я окончил спортивный институт и я знал, что селезенка не такой уж важный орган для взрослого человека. Это как аппендикс. Его же удаляют - и ничего страшного. Врачи подтвердили, что ничего опасного нет. Правда, за те 4 дня (от момента травмы до операции. – Ред.) я много крови потерял – больше 2 литров крови было в животе. Пришлось делать переливание. Но у меня группа крови распространенная – вторая положительная, так что с ней проблем не было. Ее в любом ларьке продают (смеется.).

- Чем занимаетесь на больничном?

- Особо ничем. Катаюсь по городу, хожу по магазинам, кушаю, потому что после операции потерял 7 килограммов. Было 94 кг, стало 87. Надо чуть-чуть потолстеть. Но пока не очень получается – набрал всего полкилограмма. Никаких ограничений в еде нет. Ну, естественно, не надо колбасы по-баварски кушать. Так что хожу, жду, когда швы заживут.

- Эта травма повлияла на ваше отношение к футболу? Может быть, вы теперь в стыки боитесь пойти?

- Я жду не дождусь, когда все заживет и я начну тренироваться. В стыки меньше ходить не буду. Единственное, есть мысли о какой-то защите. Может быть, в Германии закажу защиту по слепку. Звонил Деяну Радичу. У него проблемы похуже, чем у меня. И он сказал, что в Германии будет заказывать защиту, чтобы защитить здоровую почку плюс ребра. Я попросил его поинтересоваться там и по моему случаю, возможно ли заказать защиту. А почему нет? В хоккее и американском футболе все защищенные, а вратари – по сути те же самые игроки. Те же стыки.

- Как ваша семья отреагировала на произошедшее?

- Жена с ребенком находятся в Брянске. Там просто теплее, чем здесь. Температура под тридцать. Жена звонила, плакала. Но поговорила с врачами, они ей сказали, что опасности никакой нет. Ну а что теперь? Если попал в ДТП, то на машине не ездить? Если подрался на улице, то не выходить больше на улицу? Мама моя сразу приехала, ухаживала, еду приносила, потом дома помогала еду готовить.

- Если в летнее трансферное окно в «Амкаре» появится новый вратарь, то как к этому отнесетесь?

- Если купят вратаря… Но я уверен, что буду сильнее и буду первым номером.

- Когда вы можете выйти на поле?

- После летнего перерыва у нас запланирован сбор в Австрии, там могу выйти. Там я съезжу в Германию, проконсультируюсь с врачами, они посмотрят динамику восстановления и скажут, когда можно полноценно тренироваться. Ориентировочно, если брать дату проведения операции 25 мая, то два месяца точно, плюс набрать форму. То есть месяца через три смогу выйти на поле.

На больничном Сергей Нарубин старается много ходить, ездить и кушать.

Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ. Перейти в Фотобанк КП

- Как команда отреагировала?

- Команда поддерживала, футболисты звонили. Но после операции я дня два отходил и не брал телефон. Потом со всеми общались, многие в больницу приходили.

- На больничном следите за «Амкаром»?

- Да. Единственный матч упустил с «Волгой» (30 мая. – Ред.), потому что был в больнице. А матч с «Кубанью» смотрел. Забили два гола – что для нас редкость, но пропустили три, что для нас не редкость.

- Что можете сказать про вашего «заместителя» Хомутовского?

- У нас есть тренерский штаб и тренер по вратарям. Пусть они и оценивают. На мой взгляд, его вины в пропущенных голах нет.

- В конце июня у «Амкара» очень плотный график (4 матча за две недели). Как пермяки справятся с ним? Ваш прогноз.

- Прогнозировать тяжело, так как у нас команда непредсказуемая. То «Локомотив» и «Спартак» обыгрываем, то проигрываем «Томи» дома. Но надо три победы одерживать, а с ЦСКА как получится. Во втором круге будет тяжело. Там подряд сильные команды плюс выезд на Кавказ. Поэтому сейчас надо по максимуму очки набирать.

- Ну что, Сергей, спасибо за интервью.

- А кстати, можешь добавить по поводу столкновения с Салатой. Проблема не в самом Салате, а в трактовке правил. Таких случаев очень много, и ни один вратарь при подаче никогда специально не будет играть в игрока, у него все внимание сконцентрировано на мяче. А игрок может специально идти на столкновение. Считаю, что любое подобное столкновение автоматически, как подкат сзади, должно «награждаться» желтой карточкой. А если есть последствия после столкновения, то и красной карточкой. Почему в Англии собирается комиссия и разбирает эпизоды. И виновного дисквалифицируют на несколько матчей. А у нас ничего такого нет. Полевые игроки знают, что у них почти нет шансов обыграть вратаря, потому что вратари высокие, плюс руки. Поэтому игроки сознательно врезаются. А судьи это не карают и считают рабочим моментом.

- Вы считаете, что Салата шел на вас умышленно?

- Я считаю, что неумышленно. Так получилось, но, чтобы больше так не получалось, и надо ввести это правило. Не я первый страдаю от столкновений, не я последний.

Ближайшие матчи пермский «Амкар» проведет дома. В субботу, 18 июня, наша команда сыграет с «Анжи». Начало матча – в 18.30. А в среду, 22 июня, – со «Спартаком» из Нальчика. Время начала матча еще не определено.