2018-09-26T01:05:56+03:00

НаКЛИКали беду: Зачем активисты по всей стране мониторят соцсети в поисках экстремизма

За последние пару лет по уголовной статье "возбуждение ненависти либо вражды" осуждены десятки людей, весь проступок которых сводился к репосту той или иной записи в соцсетях
Поделиться:
Комментарии: comments124
Cлучай 23-летней Марии Мотузной из Барнаула оказался, пожалуй, самым громким из десятков уголовных дел за картинки в соцсетяхCлучай 23-летней Марии Мотузной из Барнаула оказался, пожалуй, самым громким из десятков уголовных дел за картинки в соцсетяхФото: Олег УКЛАДОВ
Изменить размер текста:

20 сентября Верховный суд РФ внес поправки в собственное старое постановление по делам об экстремизме в интернете. Суть их сводится к тому, что не всякий репост запрещенного материала должен считаться нарушением закона, - нужно привлекать к ответственности только тех, у кого был злой умысел.

На последней «Прямой линии» об уголовных делах за репосты спросили и Владимира Путина.

- Не нужно доводить все до маразма и до абсурда, - заявил президент.

А именно до этого частенько доходило. По словам экспертов, за последние пару лет по статье 282 УК РФ (возбуждение ненависти либо вражды) осуждены десятки людей, весь проступок которых сводился к репосту той или иной записи в соцсетях.

СТРАХ И НЕНАВИСТЬ В СОЦСЕТЯХ

- Раньше к ответственности привлекали в основном местных активистов. Чаще всего националистов или радикальных исламистов. Но чем шире становится практика, тем больше доля случайных людей. Появляются уголовные дела не за последовательное выражение какой-то позиции, а за скопированный откуда-то демотиватор, - говорит директор Информационно-аналитического центра «Сова», член Совета при Президенте РФ по развитию гражданского общества и правам человека Александр Верховский. - Особенно смущают истории, когда молодому человеку вменяется картинка, которую он запостил года четыре назад, когда ему было 14 или 15. Ну какой в этом вообще смысл?..

В декабре прошлого года районный суд Омска приговорил к 300 часам обязательных работ 20-летнего Ярослава. По той самой статье 282 УК. Этому предшествовали полтора года расследования, а крамольные записи, выдавшие в парне убежденного националиста, были сделаны и вовсе в 2014 году, когда Ярославу было 16 лет. Среди признанных экстремистскими материалов - картинка с надписью «Вступай в СС» и видео, на котором темнокожий человек торгует наркотиками возле детской площадки. Слова о том, что это были простые репосты, которые делались автоматически, на судью не повлияли.

Уголовное дело на Наталию Ковалеву завели не за хранение оружия, а за... песню Фото: ВКонтакте

Уголовное дело на Наталию Ковалеву завели не за хранение оружия, а за... песнюФото: ВКонтакте

Дело по экстремистской статье завели и на 42-летнюю Наталию Ковалеву из Саратова. После того как она не смогла через суд вернуть переведенные мошенникам 400 тысяч рублей, женщина решила не сдерживать гнева против не поддержавших ее судей. Записала и выложила в интернет песню на мотив «Белль» - с фразами в духе «Я за бабло законы все нарушу» и «Служу Фемиде, алчным бесом одержим». Вот вам и возбуждение вражды к социальной группе «судейское сообщество».

Вообще, если почитать новости, складывается ощущение, что в России все ненавидят друг друга. Радикальная феминистка из Омска Любовь Калугина возбуждала вражду к мужчинам, а житель Калининградской области Артур Смирнов - к женщинам. Магомед Дудов из Нальчика - к русским, а 17-летний хабаровчанин - к кавказцам.

Артура Смирнова, несмотря на серьезное психическое расстройство, обвиняют в экстремизме за картинки в соцсетях Фото: ВКонтакте

Артура Смирнова, несмотря на серьезное психическое расстройство, обвиняют в экстремизме за картинки в соцсетяхФото: ВКонтакте

ЗВЕЗДЫ ПРОТЕСТА

Cлучай 23-летней Марии Мотузной из Барнаула оказался, пожалуй, самым громким из десятков уголовных дел за картинки в соцсетях. Мария девушка видная и не боится рассказывать о ходе следствия и суда.

Раньше на ее Твиттер были подписаны около 70 человек - друзья и знакомые. Теперь ее читают почти 15 тысяч!

Уголовное дело против Мотузной возбудили сразу по двум статьям: «возбуждение ненависти либо вражды» и «оскорбление чувств верующих». Первая за картинки вроде изображения чернокожего мальчика, который решает на школьной доске математический пример. Ответ у него получился неправильный. Подпись: «Черная бухгалтерия». Вторая статья за фото крестного хода, идущего по бездорожью, с подписью: «У России две беды».

Мария девушка не боится рассказывать о ходе следствия и суда Фото: Олег УКЛАДОВ

Мария девушка не боится рассказывать о ходе следствия и судаФото: Олег УКЛАДОВ

- Если речь идет о статье 282 УК РФ, не нужно никакого заявления от оскорбленных записью или картинкой. Полиция либо имеет что-то на конкретного человека, либо ищет просто наобум. Для статистики, - говорит Александр Верховский.

Специализируется на таких делах центр «Э» - подразделение МВД, которое занимается делами об экстремизме. Работа эта непростая. Сотрудник, работавший по делу Мотузной, просмотрел 14 тысяч картинок на ее странице. И это всего за час - по крайней мере так он утверждал в суде.

КОНТРОЛЕРЫ ИНТЕРНЕТА

Но по стране у них множество добровольных помощников - так называемых кибердружин. Создавать их в регионах рекомендует даже ФСБ. В методических рекомендациях научно-исследовательского центра ведомства говорится, что они могут «проводить мониторинг террористической и экстремистской активности в сети интернет», а также «вести разъяснительную работу».

Наверняка энтузиасты с радостью расскажут о проделанной работе. Сколько страниц в день они мониторят, скольких людей уже посадили... Но не тут-то было! Наши просьбы игнорировали, на запросы отказывали, трубки бросали. Поговорить согласилась только куратор ярославского проекта «Киберконтроль» Ольга Рудкина. Открылся в феврале при местном городском молодежном центре.

- Я сотрудник центра и, общаясь с подростками, стала понимать, что в интернете настоящее засилье групп смерти, призывов к экстремизму, объявлений о продаже наркотиков. Чтобы как-то противостоять этому, чтобы искать противоправный контент, и создали наше объединение, - рассказывает куратор «Киберконтроля» Ольга Рудкина.

В киберконтролеры звали людей старше 20 лет - набирали по объявлению. Попасть в отряд было не так-то просто. Пришлось пройти собеседование с психологом, проверку госструктур и двухнедельный курс молодого бойца от педагогов и полицейских.

Сейчас в проекте заняты девять человек. Сидя дома, просматривают странички в социальных сетях, фотографии, видеоролики. Все это в свободное от основной работы или учебы время. Чуть что покажется подозрительным, делают скриншот и отправляют вместе со всеми ссылками куратору. А та уже доводит информацию до уполномоченных органов.

- Мы сотрудничаем с Роскомнадзором и правоохранительными органами. Но не весь противоправный контент, который им отправляем, подпадает под ту или иную статью, - говорит Ольга.

После сигналов от киберконтролеров трижды задерживали наркокурьеров (мелкая сошка, по грамму «соли» у каждого), была закрыта «группа смерти».

- Что касается противодействия экстремизму, то тут результатов никаких. Что-то мы, конечно, отправляли, но дальше это никуда не шло. Видимо, наши спецслужбы так хорошо работают, что мы уже ничего не находим, - говорит Ольга Рудкина. - Тем более момент это очень тонкий, так что пусть лучше профессионалы этим занимаются.

В Ярославле кибердружина работает исключительно на добровольческих началах. Но так происходит не везде. Во многих регионах на их создание деньги дает городской или областной бюджет. Например, как следует из открытых документов, в 2017 году правительство Свердловской области выделило 90 тысяч рублей на создание «Свердловской кибердружины». Поддерживать волонтеров деньгами рекомендует и методичка ФСБ.

СЕБЕ НА УМЕ

«КП» удалось пообщаться с одним из киберволонтеров только на условиях полной анонимности. Он не согласился даже называть город, в котором живет и работает.

- Все делается на глазок, никакой методички у нас нет. Зато учишься быстро анализировать информацию. Картинки с оружием, сигаретой, алкоголем - повод насторожиться. Всякие суицидальные фотографии, посты о скорой смерти - вообще номер один. Их в первую очередь передаем наверх (в правоохранительные органы. - Ред.).

Патрулируют Всемирную паутину в основном студенты. А вопрос, зачем им это нужно, кажется, вызывает у него только улыбку.

- Кто по-вашему ходит на всякие заседания профкомов, берется организовывать концерты, работает массовкой на всяких мероприятиях? Такие вот студенты-энтузиасты. Кому-то, может, это правда нравится, он считает свое дело важным и полезным. Будь то поиск экстремистов в соцсетях или хождение с шариками и плакатами по площади. Но большинство, я уверен, видят в этой работе способ выбиться куда-то. Завести знакомства, показать, что они готовы работать. Как правило, это иногородние студенты, которые хотят закрепиться в большом городе. Да я сам такой, чего уж там - можете это напечатать.

Угрызения совести нашего героя не мучают. Возможно, это потому, что рядовые бойцы интернет-фронта максимально далеки от конечных результатов. Наш собеседник не знает, привели ли хоть к одному уголовному делу картинки и записи, которые он раскопал. Все передает куратору, тот своему руководителю, а он уже в правоохранительные органы - если сочтет нужным.

- На работу абы кого не берут. Я вот с первого года волонтерил, - говорит дружинник. - Вы посмотрите, откуда берутся молодые люди во власти, если такие, кто без богатых родителей. Сначала бегали по поручениям, все бесплатно, на голом энтузиазме. Потом сами такими же студентами рулили. А там уже как себя покажешь - кто-то и до депутатов Госдумы к 30 годам дослужился.

ВОПРОС - РЕБРОМ

Почему судят часто за репосты, а не за оригинальные записи?

- Репост, если он явно сделан в поддержку той или иной экстремистской идеи, тоже является достаточным основанием для возбуждения уголовного дела. Правда, часто не смотрят, действительно ли человек придерживается определенных взглядов, - констатирует Александр Верховский. - Тут важно другое. Правоохранительные органы должны идентифицировать автора. Вот и берут того, до кого проще дотянуться. Автора оригинала часто бывает уже трудно найти. По этой же причине очень редки уголовные дела по публикациям не в российских соцсетях. Следствию будет в разы сложнее взаимодействовать с иностранными компаниями.

ВОПРОС ДНЯ

По мнению Верховного суда РФ, «не всякий репост запрещенного материала должен считаться нарушением закона», а привлекать к ответственности нужно только тех, у кого был злой умысел. Наш вопрос:

Где в виртуальном пространстве граница между свободой слова и криминалом?

Дмитрий ВИННИК, ведущий аналитик Института исследований интернета:

- Человек имеет право на собственную оценку. Но вряд ли за это стоит сажать. Граница проходит по здравому смыслу. Сотрудники прокуратуры могли бы предупреждать тех, кто призывает к насилию, позволяет оскорбительные комментарии. Для многих этого было бы достаточно. Но у нас - палочная система. И поставить галочку в большинстве случаев - важнее.

Евгения ЧУДНОВЕЦ, ранее была осуждена за репост:

- Не понимаю этих статей про разжигание ненависти и межнациональной розни. Ни у кого из пользователей не получилось разжечь у меня настолько сильное чувство ненависти, чтобы я пошла и начала творить беспорядки. Потому что слова в интернете не имеют такой силы над сознанием людей.

Евгений РОЙЗМАН, экс-мэр Екатеринбурга:

- Может, то, что Верховный суд рекомендовал, - это напускание тумана. Пока никто ни один приговор не отменил...

Анатолий ВАССЕРМАН, публицист, политолог:

- Вести себя в виртуальном пространстве нужно так же, как и в жизни. Если вы не можете сказать в лицо человеку то, что о нем думаете, то и в соцсетях делать этого не следует.

Юрий ЛОЗА, певец:

- Я за то, чтобы отрегулировать пользование соцсетями на законодательном уровне. И наказывать за призывы к насилию сначала штрафом. Если не действует - уголовным сроком.

Владимир ВИНОКУР, народный артист России:

- Никакой границы я бы тут не проводил. И наказывать за репост в соцсетях нельзя. Это волеизъявление человека. И осудить его может только его совесть. Если, конечно, она есть.

Андрей НЕКРАСОВ, адвокат:

- Если человек делает репост и делится чужой мыслью, не сопровождая свою публикацию призывами к насилию или угрозами, - преступления нет. И криминала тоже.

Андрей ПОЛУНИЧЕВ, читатель сайта KP.RU:

- Можно ли говорить о свободе слова в группах, в которых молодежь призывают к суициду? Если от действий блогера могут пострадать люди, то это и есть криминал.

В ТЕМУ

Репост - не преступление. Верховный суд пояснил, когда следует наказывать за соцсети

Уголовное дело светит только провокаторам и разжигателям ненависти (подробности)

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

«Меня зовут Маша, мне 23 года и я – экстремистка»: Жительницу Барнаула задержали за несколько картинок в соцсетях

Девушку собираются судить за экстремизм и оскорбление чувств верующих (подробности)

В Калининграде аутиста хотят судить за репост картинки в социальной сети

27-летнему Артуру Смирнову предъявили обвинение в экстремизме "по признаку пола" (подробности)

Феминистка из Омска, на которую завели дело за посты против мужчин, на допросе отказалась говорить

Любовь Калугина рассказала, какие вопросы ее задавали следователи (подробности)

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

 
Читайте также