Общество

Ирина Ратушинская ушла. Поэт, диссидент, мама «Моей прекрасной няни»

Редактор отдела образования Александр Милкус вспоминает сложный жизненный путь замечательной русской поэтессы, писателя, сценариста
Это она еврейскую девочку из предместий Нью-Йорка превратила в южанку из Мариуполя

Это она еврейскую девочку из предместий Нью-Йорка превратила в южанку из Мариуполя

Однажды во время посиделок на кухне Иры Ратушинской и ее мужа Игоря Геращенко одна из знакомых, пришедшая со взрослым сыном, посетовала:

- Я не знаю, как ему будет в армии, институт закончил, а теперь идти рядовым.

- Да все нормально с ним будет – посмотри, как он спину держит! – успокоила Ира. – Тех, кто так ровно держит спину, даже у нас в тюрьме не ломали…

Ира была Поэтом – в том великом значении этого слова, когда светлые мысли, когда тонкие, оголенные чувства и Дар выплеснуть это на бумагу.

И Ирина была единственной советской женщиной-диссидентом, получившей громадный срок – 7 лет. За стихи. Даже не диссидентские, а религиозные…

Сейчас, когда Ира ушла, я думаю – почему я ни разу не взял у нее интервью? И понимаю: мне этого даже в голову не приходило. С 1998 года, когда они с Игорем и сыновьями Олегом и Сережей вернулись в Россию, мы быстро стали очень близки. Духовно. Понимая друг друга настолько, что когда кто-то из этой замечательной пары, начинал фразу, я знал, как ее нужно закончить. И при этом они оставались для меня старшими товарищами - много пережившими, страдавшими и знающими мир гораздо более многогранным, чем это представлялось мне из-за компьютера в "КП". А интервью предполагает некую отстраненность, взгляд на человека хотя бы через письменный стол.

Да и как включать диктофон, когда на их кухне все время такие вещи случались! Ира окончила физфак одесского университета – а именно оттуда родом и знаменитая команда КВН «Джентльмены Одессы». КВНщики и паслись у Иры в большой квартире на Ленинском проспекте…

Поэтому, чтобы рассказать, как Ира Ратушинская попала в тюрьму, мне придется воспользоваться отрывком из чужого интервью:

- Наверное, я просто попала под раздачу. К тому же - ну, нетрудно представить себе логику того же Андропова. Представьте себе – какой-то там особе 28 лет, ее стихи широко гуляют по самиздату, кладутся на музыку, переводятся за границей. Эта зараза уже в 28 лет член Международного ПЕН-клуба. Всю советскую цензуру она имеет в виду, и чем все это закончится - неизвестно. Не пора ли нам заняться превентивным действием? Это с одной стороны. С другой - гражданская позиция этой девчонки все-таки совершенно антисоветская. Вот, например, отправили Сахарова в Горький - с какой формулировкой? "По настоятельным просьбам советской общественности". Прекрасно. Мы с мужем - чем мы не общественность? - просто пишем открытое письмо с адресом, подписями и так далее - мол, мы не та часть советской общественности, от имени которой вы это делаете. Отправляем в Кремль и публикуем в самиздате. И в самиздате наше письмо подписывает еще несколько тысяч человек. Мы просто говорили властям: мы не можем помешать вашим мерзостям, но мы лишаем вас права делать их от нашего имени.

«Особа» получила 7 лет в женской колонии строгого режима для «особо опасных государственных преступников» в Мордовии. Врачи сказали: после всего, что Ира пережила за колючей проволокой, у нее не будет детей…

Она отсидела 4,5 года. А потом Горбачев ее выпустил. «…меня просто как щенка ему продали. Накануне встречи Горбачева и Рейгана в Рейкьявике - наверное, чтобы переговоры было проще вести».

А вот еще отрывок из ее рассказа: «мы же хитрые были в Малой зоне (11 особо опасных преступниц - к уголовницам нас не селили, потому что мы могли дурно на них влиять). Мы связали себя круговой порукой. Нельзя было убивать одну на глазах у других, и администрация это знала. 15 суток морозят в карцере - человек лежит на этом бетонном полу и умирает. Поэтому, если кого-то из наших отправляют в карцер, мы все кидаемся в забастовку. А если кого-то больную отправляют, тогда у нас голодовка. Пока она к нам живая не вернется. Уморят ее - и мы из голодовки не выйдем. А убить всю Малую зону не рисковали все-таки. Вот так мы спасали друг друга, и, в общем, спасли - насмерть у нас в лагере не замучили никого».

Ира с Игорем осели в Лондоне. Их пригласил в гости Рональд Рейган. Предложил американское гражданство. Они отказались.

Еще из интервью Иры: «Тогда я должна была бы и вести себя, как Людмила Алексеева, правда же? А разница между нами в том, что я принципиально не согласна работать против России. Понимаете, одно дело разбираться с коммунистическим строем. Только коммунизм у нас уже кончился, а Россия осталась. Но вот путь через штатовские и другие гранты, которые потом надо отрабатывать так, как этого хочет грантодатель - это очень скверный путь. Я же видела этих людей - до грантов и после. Люди начинают работать действительно против своей страны, начинают лгать, это все нехорошо. Это страшно портит людей. Именно портит. Получается, на сжатие он был хорош, а на растяжение не выдерживает. Я так не могу, у меня другие убеждения».

А в 1992 году Бог – наверное за все страдания – дал Ире и Игорю двойню – Олега и Сережу. К тому времени они уже обустроились. У них был домик, машина. Можно было жить спокойной жизнью буржуа. Но… И я опять цитирую чужое интервью: «А когда детки уже подросли, и уже русским мальчикам в русскую школу пора идти (а мы хотели, чтобы они шли в школу в России), понадобилось российское гражданство. И возникли проблемы. Пришлось просить Беллу Ахмадулину, она подтянула Битова, и еще старую гвардию. Они написали открытое письмо Ельцину, и, в конце концов, наши имена вставили в указ: даруется российское гражданство».

Они рвались домой…

Конечно, знаменитых диссидентов на Родине никто особо не ждал. Пока оставались английские деньги, к ним приходила женщина, помогала с уборкой. Ира писала. Вышел пронзительный роман «Одесситы» - история нескольких семей из старого одесского двора – от начала 20 века до 70-х годов.

А потом денег стало немного. И друзья-кавээнщики подкинули работу – писать сценарии для телесериалов. «Мама» и «папа» знаменитой «Моей прекрасной няни» Вики – Ира и Игорь. Это они, адаптируя американский сценарий, еврейскую девочку из предместий Нью-Йорка превратили в южанку из Мариуполя. И они насытили ее речь элегантным южнорусским юмором. А потом были «Приключения Мухтара» - популярные первые пару сезонов. «Таксистка», «Аэропорт».

Стихов Ира писала меньше…

В 2012 вышел ее сборник ее стихотворений. Заканчивался он такими строчками:

Четыре утра

еще не конец мира

не плачь мой сверчок…

Ирине Ратушинской было 63 года…

И еще одно ее стихотворение. Важное, как и многие другие:

Под соборными сводами вечными,

Босиком по пыльным дорогам,

С обнажённо дрожащими свечками

Люди ищут доброго Бога.

Чтобы Он пожалел и понял

Сквозь убийства, бред и обманы,

Чтобы Он положил ладони

На висок, как на злую рану,

Чтоб увидел кричащие лица,

Темень душ и глаза без света,

Чтоб простил дурака и блудницу,

И священника, и поэта.

Чтобы спас беглеца от погони,

Чтобы дал голодающим хлеба...

Может, Бог - это крест на ладони?

Может, Бог - это тёмное небо?

Как к Нему отыскать дорогу?

Чем надежду и боль измерить?

Люди ищут доброго Бога.

Дай им Бог найти и поверить.