
27 декабря, губернатор Пермского края Олег Чиркунов провел пресс-конференцию, на которой больше часа говорил об итогах года и отвечал на вопросы журналистов. Мы публикуем самые значимые и интересные выдержки из его выступления.
- Ну что, с Новым годом? – начал встречу Олег Чиркунов. – Наилучшие пожелания всем. Надеюсь, что следующий високосный год будет для всех нас хорошим.
Край должен быть стабильным и особенным
- Главный вопрос для нас, каким должен быть Пермский край. С одной стороны, он должен быть стабильным, а с другой стороны — особенным.
Не без гордости хочу сказать, что кризисный этап мы прошли достаточно уверенно. В отличие от других субъектов федерации, у нас нет долгов и мы выйдем этот год в ноль. Конечно, хотелось бы вернуть те времена, когда мы имели существенные-существенные резервы, но, в принципе, не страшно.
То есть с точки зрения устойчивости бюджета, мы можем чувствовать себя достаточно уверенно. Но сейчас под устойчивостью новое понимание должно появиться. Это в том числе устойчивость взаимоотношений отдельных групп населения между собой. Мне очень нравится политическая активность, которая существует сегодня. Всегда хорошо, когда что-то происходит, но есть какая-то грань, которая иногда становится страшна. Я, честно говоря, с тревогой воспринимаю массовые мероприятия, на которых десятки тысяч человек. Я понимаю, что это такое, и мне порой становится страшно. Это ведь люди. Вот и поэтому нам здесь надо найти какой-то баланс понятный, не исключая ни политической конкуренции, ни возможности высказывания мнений, чтобы не переступить ту черту.
Теперь про особенность и яркость. Нам все равно надо пытаться получить какие-то дополнительные преимущества, потому что в традиционных форматах мы имеем мало шансов. Мы всегда должны понимать, с кем мы пытаемся соревноваться. Я часто сталкиваюсь с тем, что начинают говорить: давайте развивать промышленность. Да, это классно и правильно, и надо ее развивать, но все мы должны понимать, с кем мы конкурируем.
Я думаю, что в части особенности и яркости мы какой-то путь за эти годы прошли. И как это всегда бывает – все, что мы делаем в этой сфере, из вне воспринимается лучше, чем изнутри. Но это отдельная тема.
Еще буквально несколько фраз о том, какие направления должны оставаться приоритетными и куда мы должны идти в новом году.
Ключевой вопрос – университеты. Возможность сделать так, чтобы университеты начинали играть какую-то роль в экономике региона.
Реализация мастер-плана Перми и других городов - здесь подход простой. Будем мы этим заниматься как власть или не будем, все равно дома в Перми будут строиться. Весь вопрос в том, будут они строиться так, чтобы увеличивать привлекательность и капитализацию города, или они будут строиться просто для того, чтобы продать еще несколько квартир.
О принципах управления
- Монополия никогда не была моей целью, но вынужден признать, что все эти годы мы старались собирать ресурсы и возможности. Для чего? Какой следующий этап?
Ремарка: когда мы пытались играть в демократию, нас обвиняли в слабости. Сейчас в общем-то всех все устраивает. Губернатор взял все под контроль. Для чего? Не для того, чтобы держать все это в руках.
На каком-то мероприятии в Москве Булат Столяров (дириктор Института региональной политики - Ред.) нарисовал на доске два треугольника. (Это о том, как может быть построена власть). Один треугольник стоит на широкой стороне, а другой на вершине.
Можно взять все функции наверх, а потом делегировать их вниз. И тогда ты наверху отвечаешь за все. Есть другой формат – все полномочия и ответственность внизу. И эта система более правильная. Но у нас все хотят, чтобы губернатор отвечал за непочиненную крышу. Я думаю, что следующий этап в нашей жизни – это переход от треугольника, который стоит на вершинке к треугольнику, который стоит на основании. Я думаю, этот процесс пойдет по всей стране.
И еще очень важно – про представительную власть. У нас сейчас в ЗС и гордуме адекватные люди. Думаю, настало время передавать все туда. Стратегию, формирование управленческих команд.
Когда задачка по централизации власти решена, надо вовремя одуматься и сыграть в децентрализацию. Но уже осмысленную, понятную, устойчивую.
После этого Олег Чиркунов ответил на вопросы журналистов.

Олег Чиркунов считает, что красные человечки стали лакмусовой бумажкой на толерантность.
Фото: Алексей ЖУРАВЛЕВ
Про митинги и оппозицию
- Что расстрелять всех надо было? – посмеялся губернатор. – Я не вижу проблем с протестной активностью в Перми. Более того, мне бы хотелось, чтобы эта протестная активность была более содержательной… Не за честные выборы драка-то идет, а за что-то другое. Это тоже нормально, но надо разложить.
И, кстати, по поводу того, что мы как-то мешаем проведению этих акций. Иногда складываются обстоятельства. Нам действительно надо подготовить несколько мест, где все это должно проходить.
Про культурную столицу
- Проект «Культурная столица» поддерживают 80% населения. Опрос был в июне после «Белых ночей», и он был осенью. Друзья, мы играем с вами в иллюзии. С одной стороны, Марат Гельман создает иллюзию, а с другой стороны, другая команда создает иллюзию, что это не поддерживается населением. Да нет этого. Ну давайте снимем красных человечков в очередной раз. Слушайте, если людям не нравится «культурная столица» и «Белые ночи», то давайте, во-первых, признаем это и прекратим, а во-вторых, предложим что-то взамен.
Я вам хочу сказать, что если мы провалим этот проект (я не про культуру, я про надежду), то у Перми долго еще не будет шанса поверить второй раз во что-то другое. Не важно даже, какой проект. Важно, чтобы люди во что-то поверили, им что-то понравилось, и они тихонечко куда-то пошли.
Давайте создадим иллюзию, что мы культурная столица, чтобы к нам приехал туристический трафик, чтобы мы на нем заработали. Мы хотим добиться двух вещей: первое – чтобы человеку, здесь живущему, было интересно, второе – чтобы человеку, живущему не здесь, было интересно приехать.
Про Бильбао и современное искусство
- Мои знакомые мне говорят: «А кто тебе сказал, что жители Бильбао (город на севере Испании. - Ред) позитивно относятся к проекту современного искусства?». Большая часть, вполне возможно, все это ненавидит. Но они это терпят в силу того, что этим живет город. Они жили плохо, а стали жить хорошо. А это современное искусство им все равно противно. Тоже нормальная позиция.
Совсем не важно, как относимся мы к современному искусству. Я не раз говорил, что я себя человеком, который в этом разбирается, не считаю, и каким-то ярым сторонником современного искусства я себя тоже не считаю. Но я вижу несколько вещей. Первое - красные человечки стали лакмусовой бумажкой на толерантность. Они могут нравиться, а могут не нравиться – это нормально. Я даже не задавал себе вопроса до поры до времени, нравятся они мне или нет. Я совершенно индифферентно к ним относился. Но когда человек говорит, что они не имеют права на существование – это вопрос толерантности, это вопрос, может ли такой человек быть деятелем искусства, ученым или журналистом. Потому что если журналист не допускает альтернативной позиции даже в искусстве, то в своей работе журналистской он альтернативной позиции точно не допустит.
Сейчас красные человечки профинансированы из частных средств, деньги возвращены. Классный был бы вариант, чтобы постепенно те объекты, которые появляются в городе… Как я это вижу? Вот есть какой-то фонд, взяли построили букву «П» или еще что-то сделали. А потом горожане, которые хотят оставить после себя память, говорят: так, мне это понравилось, давайте скинемся, и это будет наш подарок городу. А на деньги пусть создаются новые объекты. Что-то понравится, что-то нет, что-то будет снесено, мы же все равно вандалы. Мы все равно что-то снесем. И тогда не будет претензий.
Про работу губернатором
- Я вам назову, что самое тяжелое в моей работе. Это когда я каждый вечер ложусь спать и думаю о том, зазвонит или не зазвонит телефон… Мы слишком много все вместе прошли тяжелых моментов. «Боинг» и «Хромая лошадь»… И каждый раз осознавать, что утром ты можешь узнать, что какой-то очередной клоун там где-то замок оставил и спалили своих работников. А потом все вы напишите, что он этот замок оставил, потому что губернатор плохо работает. Вот так себя ощущаю.